14   сентября была проведена жеребьевка лодок в классе «Финн». В этот же день по жребию опреде­лялся и порядок контрольного обмера.

«Финны» для участников были построены западно­германской фирмой «Мадер». Впервые на играх в клас­се «Финн» был применен металлический рангоут. Ка­ждый участник получил две мачты: одну жесткую цельнометаллическую и другую гибкую, с ликпазом из пластика. Как выяснилось, жесткие мачты оказались слишком уж жесткими — большинство участников при­бегло к помощи ножовки, чтобы увеличить поперечный размер ликпаза. В общем, «Финны» оказались вполне одинаковыми по ходовым качествам.

15  сентября начался контрольный обмер. Его прово­дили раздельно по классам и, по общему мнению, лучше и доскональнее, чем когда-либо раньше.

Бригада мерителей в каждом классе состояла из семи человек; им помогали военные моряки. На про­верку одной яхты уходило до 3 часов. Всего обмер продлился десять дней.

Каждая бригада мерителей была разбита на три группы: одна из них (из трех человек) проводила об­мер корпуса и проверку всего предписанного прави­лами снаряжения (якоря, насосы, весла, концы и т. п.), две другие занимались обмером парусов, проверкой рангоута и такелажа.

Для обмера было оборудовано помещение, в кото­ром одновременно могли работать бригады по всем шести классам. Яхты на обмер доставлялись на спе­циальных тележках, которые были предоставлены организаторами соревнований. Корпуса проверялись по шаблонам, а также на соответствие предписанным пра­вилами размерам и весу. Для проверки парусов име­лись специальные столы, копирующие их по форме с припуском порядка полметра. На каждом столе был вычерчен точный контур обмеряемого на нем паруса со всеми контрольными размерами. Имелись шаблоны для проверки лат, а также инструмент (пила, наждач­ная бумага и т. п.) для их укорочения.

Интересно отметить, что количество парусов, ко­торое разрешили представить на контрольный обмер, по классам было неодинаково. Так на «Драконах» уча­стник мог по собственному усмотрению предъявлять 16 любых парусов, а на «Солинг» — только 2 грота, 2 стакселя и 4 спинакера.

Все успешно прошедшие обмер яхты получали от­метки (штампы) на корпусах, парусах, рангоуте и пр. Для мерителей, проводивших обмер, были подготов­лены специальные «Протоколы обмера на парусных со­ревнованиях XX Олимпийских игр», в которых содер­жались все необходимые общие данные (номер яхты, страна, владелец, рулевой, члены команды, верфь- строитель, год постройки). Дальше следовали пункты правил в виде таблицы с указанием соответствующих минимальных и максимальных пределов проверяемых величин. В классе «Звездный», например, этот пере­чень состоял из 92 пунктов.

Для представителей команд был заготовлен дру­гой протокол, так называемый «Лист неисправностей, обнаруженных при обмере». На этом листе в виде та­блицы указывались пункты правил, по которым име­лись отклонения от нормы, сущность этих отклоне­ний, а также срок вторичного предъявления на обмер. Наши яхты обмер прошли в основном благополучно. Наиболее серьезное замечание было вызвано откло­нением от установленной длины фальшкиля на «Тем- песте». Вообще в этом классе с фальшкилями было много неприятностей. Так, у американского «Темпеста» фальшкиль оказался тяжелее нормы, вследствие чего пришлось выпилить кусок чугуна, вклеив вместо него пенопласт.

Пожалуй, больше всего неполадок было в частм

Фото 1. Жеребьевка «Финнов». Жребий тянет стар ший тренер советской команды Л. Митницкий. Как известно, в соответствии с правилами класса, мачта швертбота «Летучий Голландец» должна дер­жаться на воде минимум 30 минут. В бассейне же, ко­торый был специально оборудован для проверки этого качества, большинство мачт тонуло уже через 2—3 ми­нуты. Участникам пришлось заняться срочным обеспе­чением их плавучести: ставить внутрь мачты велоси­педные трубки, пенопласт и т. п.

Во время гонок каждый день по жеребьевке опре­делились три судна в каждом классе, которые под­вергались дополнительному контрольному обмеру по­сле финиша. Всем нашим гонщикам, кроме В. Манки- на, «посчастливилось» попасть под этот контроль, но прошли они его без замечаний.

Хотелось бы еще раз подчеркнуть сложность, кото­рую представляет собой обмер на крупных между­народных соревнованиях в наши дни. Правила из года в год становятся сложнее. Мерителям необходимо не только свободно в них разбираться, но и интерпрети­ровать их на иностранных языках; нужны, наконец, спе­циальные инструменты и помещения для проведения обмера. Немцы, чтобы набраться опыта, посылали своих мерителей на все чемпионаты Европы и мира в последние предолимпийские годы.

Все эти трудности нельзя не учитывать, имея в ви­ду, что в 1980 г. наша страна, возможно, станет ме­стом проведения очередной Олимпиады.

Если говорить о самих соревнованиях, то я бы ска­зал, что они были проведены примерно на уровне токийской олимпиады. Были, конечно, и некоторые тех­нические новшества, например, фотофиниш. На видео­магнитофоны записывали все старты и огибание пово­ротных знаков.

Весьма удачно был решен и вопрос со знаками на дистанции: у поворотных буев, которые и сами по се­бе были хорошо видны благодаря оранжевой расцвет­ке, стояли большие яхты (порядка 10 тонн водоизме­щением), которые несли на мачте большой рейковый парус цвета, присвоенного данной дистанции. Так что обнаружение поворотных знаков, которое, кстати, на наших соревнованиях остается проблемой, в Киле во­обще не представляло трудности.

В связи с тем, что в Кильский залив ежедневно выходили сотни яхт и катеров со зрителями, организа­торы уделяли большое внимание обеспечению непри­косновенности акватории олимпийских гонок. В квад­рат, границы которого проходили на расстоянии при­мерно 350 м от поворотных знаков, имели право входить только судейские суда. За выполнением этого требования следили полицейские катера.

Эти же катера занимались и пеленгованием рабо­тающих во время гонок радиопередатчиков, установ­ленных на тренерских катерах (кстати говоря, удалось засечь радиопередачу указаний с катера английской делегации, но так как адресат ее остался неизвестным, серьезных последствий этот инцидент не имел).

А теперь несколько слов о гоночной технике. На фото 3 — «Солинг иЭ-бОО» В. Мельджеса (золотая ме­даль Олимпийской регаты).

Корпус, исполненный канадской фирмой «Билл Аб- ботт», по обводам отличается от классической формы более полными носовыми образованиями. Погон стак­селя выполнен горизонтальным и простирается по дуге от одного края волнореза до другого. Рангоут фирмы «ООЛ Спар» (Австралия). Верхние и нижние ванты про­ходят сквозь палубу; таким образом, возможность ре­гулировать их положение по палубе отсутствует. Ван­ты разнесены на 50 мм, причем передняя стоит в пло­скости центра мачты. Краспицы закреплены жестко. Проводка гика-шкота задняя. Отсутствуют погон или битенг. Шкот с верхнего переднего блока на гике идет прямо в руку рулевому. На этом блоке установлен стопор. Для откренивания применяются «кандалы», крепящиеся к поперечным тросам на втором дне. На­стройка с сильно заваленной назад мачтой.

Паруса фирмы «Мельджес» (США). На яхте той же фирмы «Абботт» на Олимпиаде выступал и третий при­зер — канадец Д. Миллер.

На фото 4 — «Темпест К-60» (Англия) рулевого Уоррена (II место). Корпус фирмы «Ричардсон», мач­та— «Проктор», гик — «Нидельспар» (Англия). Един­ственная на регате яхта, на которой использовались качающиеся краспицы. Все остальные имели «закрепо­щенные» краспицы ромбовант. Отсутствует устройство, регулирующее угол положения стакселя относительно ДП (подобно трубчатому устройству показанному на фото).

Большинство участников в этом классе использова­ло корпуса фирмы «Бианки-Чечи» (Италия), мачты и гики — «Проктор» (Англия). Вооружение, такелаж, обо­рудование для настройки и управления были одинако­выми (образец мы имеем в виде яхты В. Манкина). Паруса фирм «Раудашль» (Австрия) и «Нортс — Вагнер» (ФРГ).

На фото 5 — «Летучий Голландец К-263» знамени­того Р. Паттисона (золотая медаль). Корпус фирмы «Боб Хар» (Англия) вооружен мачтой фирмы «Эльв- стрем». Гик фирмы «Проктор». На фото хорошо видно как установлен погон гика-шкота; нет поперечины, по­гон ее заменяет и простирается от борта до борта. Паруса фирм «Мусто» и «Си Хоре» (Англия).

На фото 6 — «Летучий Голландец р-136» француза И. Пажо (II место). Корпус итальянской фирмы «Биан­ки-Чечи» композитного исполнения. Оригинально вы­полнена форма кокпита. Виден вырез в палубе для ре­гулировки положения роульса стаксель-шкота.

Любопытна конструкция трапеции (фото 7), облег­чающая переход матроса с одного борта на другой во время поворотов.

магистратура в англии